4 «Жертвенная» мораль

Здравствуйте. Тайны морали удобнее всего вскрывать по частям, для чего разделим ее на виды. Первый, самый простой и понятный вид морали — то, что мы будем называть «жертвенной» моралью. Это мораль личных отношений, тех, где присутствуют эмоции, чувства. Наиболее привычное место для нее — семья или иной круг близких людей. Почему она «жертвенная»? Потому что ради другого человек согласен причинять себе неудобства, приносить некие жертвы, начиная от самых малых, например потраченного времени, и до самых крупных, например спасая ребенка родитель может пожертвовать даже жизнью. Личные отношения без жертв не получатся — в чем смысл личных отношений, если каждый стремится принести пользу только себе? Конечно иногда бывает так, что люди собираются вместе, обделывают какие-то дела, получают прибыль, а потом делят ее на всех, но я думаю вы согласитесь, что в данном случае личные отношения вторичны, главное — прибыль, расчет. Личное — это все таки чувства, а чувства требуют жертв. А как иначе их доказать? Только словами? Слова, конечно, тоже нужны, но одних слов надолго не хватит.

И все таки, почему она «жертвенная»? Почему бы не назвать ее как-то благозвучнее — например, «моралью любви»? Или «этикой заботы»? Потому что жертвенная мораль шире, она охватывает любые личные отношения, даже с незнакомыми людьми. Конкретный человек всегда является источником морального долга, и этот долг вовсе не обязательно сводится к непременной любви и заботе. Так, например, если на улице незнакомец спросит вас который час или попросит указать дорогу, я думаю, что мало кто сможет сделать вид, что он его не заметил, и пройти мимо. Долг требует что-то ответить, даже если мы не знаем что. Вы можете возразить, что это простая вежливость. Да, но что такое вежливость? Это как раз и есть проявление морали личных отношений!

Несмотря на то, что личные отношения часто возникают независимо от нас, мы как правило держим определенную дистанцию с теми, кто оказались физически рядом, но не входят в ближний круг. Мы не хотим жертвовать ради них и не принимаем их жертвы. Близкие отношения избирательны — мы оцениваем людей, пусть неосознанно, выделяя тех, с кем мы хотели бы поддерживать такие отношения.

Понятно, что чем сильнее чувства, тем больше жертвы. В семье, например, они постоянны, без взаимной заботы семья просто невозможна. А чем дальше отстоят люди, тем жертв требуется меньше. Через размер жертвы выражается не только сила чувств, но и степень близости. Ведь если, например, кто-то заботится о постороннем больше, чем о близком человеке — такой ли уж тот посторонний как кажется? А если действительно посторонний — это уже не мораль, а какое-то предательство близкого человека получается! То есть мы видим, что жертвенная мораль не только разборчива, но и щепетильна. Нельзя одинаково любить даже близких людей и тем более нельзя с одинаковым усердием заботиться и о ближних, и о дальних. А тех людей, о ком мы не знаем, вообще нельзя никак любить, даже в фантазиях. Жертвенная мораль образует вокруг человека своего рода поле «нравственного потенциала», где любовь и забота тем больше, чем ближе другой к его центру.

Жертвенная мораль — очевидное продолжение родительских, половых и стайных инстинктов, нацеленных на выживание какого-то тесного сообщества особей, т.е. можно сказать, что жертвенная мораль как бы одной ногой все еще увязла в природе, она все еще не до конца идет против нее. Однако не следует сводить ее к чувствам и тем более к инстинктам. У животных нет морального долга — если например задача воспроизводства успешно выполнена, их ничто не держит вместе. У людей иначе. Чувства переменчивы, но есть они или нет — неважно, долг есть всегда. Чувства может быть и требуют жертв, но жертвы как таковые — следствие не чувств, а самого факта личных отношений. Кроме того, даже самые добрые чувства, поскольку они имеют биологическую основу, несут в себе заряд «здорового» эгоизма. Отсюда например вытекает ревность — это, так сказать, обиженный, испуганный эгоизм, страх потерять предмет своих добрых чувств. Ведь нельзя всерьез воспринимать метафору «люблю больше жизни». В реальности добрые чувства к другому обычно уравновешиваются не менее добрыми чувствами к самому себе. Иное дело мораль. В отличие от чувств, она требует поступать в ущерб себе осознанно, независимо от своих желаний. Наиболее отчетливо она проявляется в ситуациях выбора, когда чувства направляют нас в разные стороны, и поскольку она требует сделать правильный выбор, мораль обьявляет любой учет собственных интересов неправильным. Но есть ли в личных отношениях выбор? Конечно. Альтернатива морали всегда есть — это чистая рациональность, расчетливость, животный эгоизм, когда даже подарки дарят рассчитывая что-то получить взамен.

Отсюда видно, что хотя жертвенная мораль нам хорошо знакома, в ней, так сказать, есть еще темные пятна. Одно из них то, что мы не можем быть на 100% моральными даже если б хотели! Требования жертвенной морали не слишком практичны — нам приходится сочетать их с собственными интересами, без которых мы не можем существовать. Так, например, даже указать дорогу незнакомцу может оказаться выше наших сил, если мы в этот момент спасаемся от опасности. В итоге, нам приходится так или иначе обманывать жертвенную мораль, приходится согласовывать размеры жертв с нашими возможностями.

И это только начало наших проблем! Ведь что такое абсолютное добро в понимании жертвенной морали? Очевидно, это благо другого человека. Другой для нее — наивысшая ценность. Другим может быть любимый, ребенок или родитель, но кто бы он ни был — это всегда кто-то конкретный, это конкретный человек, ради которого мы должны принести в жертву свое «я». Для жертвенной морали нет никакой иной высшей ценности… кроме еще одного конкретного человека, который еще ближе и которого любят еще больше! Что вносит в общую благостную картину мрачноватые оттенки, ибо отсюда следует такая особенность жертвенной морали, как ее конфликтность. Жертвенная мораль внутренне противоречива, ведь вместо единой высшей ценности, у нее их несколько и все они — взаимоисключающие. Заботясь о ком-то, человек иногда может пренебрегать не только своими интересами, но и интересами всех остальных, просто потому, что они не занимают такого же высокого положения на его шкале ценностей. А значит, нам приходится согласовывать не только размеры жертв, но и интересы самых разных людей. На этих конфликтах построено множество моральных задач, типа того, стоит ли толкать под поезд одного, чтобы спасти пятерых, или можно ли ограбить аптеку, чтобы помочь больной матери. Жертвенная мораль ответа в общем случае, разумеется, не дает. Все ответы частные — мы должны взвешивать ценность каждого конкретного жертвенного поступка и соотносить его с ценностью того человека, ради кого он делается. Этакая моральная арифметика.

Но самое удивительное, что жертвенная мораль еще и запрещает нам заниматься этой арифметикой! Мы не имеем права на расчеты, ведь жертвенная мораль в силу своей иррациональности отрицает любые расчеты. Как нелепо смотрится человек, например, который рассуждает: кого я люблю больше — папу или маму? Кого я сдам в «собес», а за кем буду ухаживать сам? С этим связана еще одна интересная особенность жертвенной морали. Она неформальна. О моральных требованиях нельзя говорить четко и прямо, моральный долг регулируется интуицией. Поэтому моральные требования, несмотря на то, что мы их прекрасно понимаем, мы не можем выразить словами. Нельзя сказать — вы должны указать мне дорогу, или вы обязаны помогать мне, или ты должен делать то-то и то-то потому что ты меня любишь. Нет, попросить-то можно, но потребовать нельзя — именно потому, что жертвенная мораль запрещает любую формализацию.

В чем причина такой «стыдливости» морали? В том, что формализация ее требований уничтожает личные отношения. Например, контракт о том, кто и как должен заботиться превращает заботу в работу, потому что под таким контрактом может поставить подпись любой человек — контракт по своей сути универсален. Формальность — это способ сообщить что-то незнакомым людям, а поскольку близкие обычно понимают друг друга без слов, любая попытка формализации только показывает, что люди на самом деле не так уж и близки, что они далеки друг от друга.

И отсюда следует еще одна особенность жертвенной морали — неясность ее конечной цели. Цель эта заключается в благе ближнего, но что такое это благо? В силу неформальности, невозможности откровенно обсудить жертвы и требования, мы обречены этого не знать. Как бы обьект заботы ни проявлял свои желания, любящий человек всегда будет оценивать его благо со своей колокольни. Да и всегда ли сам обьект знает что для него хорошо, что для него — истинное благо? Например, родители, когда заботятся о детях, запрещают им питаться одним мороженным. В данном случае они правы, но в каком-то другом случае, они могут ошибиться и тогда вместо добра причинят зло. Именно о таких ситуациях говорят: «благими намерениями вымощена дорога в ад». То есть тут мы видим иррациональность морали в чистом виде. Еще бывают ситуации, когда, например, люди стараются поддерживать близкие отношения из эгоизма, когда они как-бы путаются в своих чувствах к человеку. Тогда жертвы нацелены не на благо, а на то, что бы подкупить его, удержать, даже если в конечном итоге это принесет ему вред.

Однако, несмотря на все своеобразие жертвенной морали, она нам понятна в силу своей привычности. Без нее мы не могли бы поддерживать нормальных человеческих отношений, каждый бы думал только о себе и всем бы нам было очень плохо. Посредством добрых дел человек и сам приобретает определенную моральную ценность. Жертвы ради других учат ценить чужие жертвы, учат видеть страдания и зло, которые иначе могли бы и не открыться. Известно, что человек, который не перенес сам потерь и лишений, часто не способен увидеть это в других, не способен на настоящее сочувствие. Жертвенная мораль как бы подталкивает людей в эту сторону, призывая их открыть в себе нравственную чуткость. Посредством личных отношений люди в конце концов приобщаются к ценностям, единым для всех. А значит жертвенную мораль, несмотря на все ее недостатки, надо беречь.

К сожалению, люди часто этого не понимают. Злоупотребление жертвенной моралью начинается с ее абсолютизации. Так, многие моралисты, непонятно почему уверовав в ее универсальность, распространяют ее не только на личные отношения, но и вообще на всех людей. Отсюда вытекают и чрезмерный гуманизм, и всякого рода социальная «халява», и такие постулаты, как «Я возлюбил вас, так и вы да возлюбите друг друга». Но это же явный перебор! Моральные требования должны быть хоть как-то выполнимы, иначе вся моральная конструкция становится не только невозможной, но и морально сомнительной. Ведь любя посторонних, мы тем самым фактически предаем тех, кто нам по настоящему дорог! Указанные особенности жертвенной морали — разборчивость, конфликтность, непрактичность, неформальность и крайняя иррациональность — делают ее абсолютно непригодной в качестве универсальной основы общества.

Вы можете возразить — а как же защита слабых? Разве общество не обязано заботится о тех, кто наиболее уязвим? На это можно ответить очень просто. А зачем начинать с того, что превращать жизнь в борьбу? Зачем возводить погоню за личным успехом в моральную норму? Разве мы не можем сотрудничать, нам что, надо обязательно воевать?

Однако, очень уж соблазнительно попользоваться нашими слабостями. В данном случае я имею в виду не мыслителей, которые навязывают нам моральный долг по отношению к посторонним людям. Нашей беззащитностью перед моралью успешно пользуются всевозможные проходимцы, начиная мелкими жуликами и кончая хозяевами многомиллиардных благотворительных фондов. Мы не можем избежать личных отношений, даже самых мимолетных. А там где личное отношение, личное впечатление — там и хоть маленький, но долг. Просто имейте это в виду. Если вам надо, например, собрать денег себе на лечение, подкрепите свою просьбу личной фотографией. А если вы идете собирать милостыню, прихватите с собой ребенка. Кстати, в данных случаях не следует путать мораль с жалостью. Разве дело в жалости, когда на улице, например, вас просит о небольшом денежном одолжении неопрятного вида человек? Вам просто неловко. Почему? Потому что он навязывает вам личные отношения. А с ними — и моральный долг. Но личные отношения — дело тонкое. Жертвы не любят когда ими сорят. И в результате мораль мстит тем, кто ее эксплуатирует — люди черствеют, становятся циничными. Мораль, жертвенная или нет, не терпит лжи, не терпит насилия. С другой стороны, честное обсуждение ее достоинств и недостатков, напротив — помогает ей, очищает и укрепляет. 🙂

До встречи.

 

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s