30 Причины зла

Здравствуйте. Наша сегодняшняя тема может показаться бессмысленной. У добра нет причин, а значит все причины так или иначе ведут к злу. Вы скажете — но ведь свободные люди тоже могут творить зло! Нет, не могут, это невозможно по определению. Вы возразите — но зло возможно только в паре с добром! Вне свободы зла не существует! Да, но есть важный нюанс. Отказ от договора — это победа детерминизма, подчинение ему, что кажется вполне естественным — ведь свобода непредсказуема и не гарантирована. Однако, одно дело движение вперед и совсем другое — откат назад, отказ от уже завоеванной свободы. «Функция» зла — служить отправной точкой, а не конечной целью. Детерминизм лишь помогает определять направление, а не задает его, позволяет достичь согласия, а не помешать ему. Свободный человек не может отказаться от свободы. Если «свободные» люди выбирают оставаться гомо-сапиенсами, их «выбор» должен иметь причины, он не может быть свободным. Мы уже как-то касались этого вопроса, давайте обсудим его подробнее.

Для начала отделим ошибки, разовые промахи от систематического поведения. Отказ от договора относится ко второму случаю. Ошибиться может каждый, но этичный человек раскается и постарается исправить положение. Такая победа детерминизма случайна, временна. Систематическое же поведение имеет мировоззренческую основу, оно связано с жизненными установками субьекта, с его сутью, с его природой. Но если природа человека — сопротивляться детерминизму, откуда он в поступках людей? Может человек пока еще «социальное животное», а свобода — лишь иллюзия? Социальный детерминизм — бедность, кризисы, банкротства, революции и т.п. — есть проявления слепых социальных сил, но сами эти силы, эти социальные закономерности, возникли изза действий людей. Соответственно, причины зла кроются в людях. Возможно, социальные закономерности пока еще не познаны, а средства борьбы с ними не найдены. Но это не проблема — если люди участвуют в договоре, они рано или поздно найдут способы преодолеть любые силы. Другое дело, если люди отказываются от договора. Тогда их действия должны быть детерминированны. Как это может быть?

Возможно, они не понимают что такое договор? Едва ли. Правильная организация общества требует глубокого понимания этики, однако для большинства обыденных ситуаций чтобы вести себя правильно достаточно интуитивного ощущения добра и зла, примитивного согласования интересов. Тем не менее огромное число людей пренебрегает даже этим. Вместо этого они выказывают недоверие, зависть, ревность, злость, ненависть. Такое может быть только в одном случае — когда человек не видит смысла в жизни, не может выбрать правильную цель, не способен проявить свою свободную волю. Почему? Потому что в этом случае он подчиняется зову природы, ориентируется на естественные потребности. А поскольку при этом он понимает, что и другие поступают так же, он рассматривает их как врагов, соперников. Его разум парализован, подавлен эволюционной психологией выживания, борьбы. Если критическое число членов общества ведет себя подобным образом, оно становится похоже на огромное стадо социальных животных, где каждый вынужден преследовать эгоистичные интересы. Оно приобретает жесткую иерархическую структуру, пронизывается социальными силами, противостоять которым в одиночку уже невозможно.

Откуда берется неясность со смыслом жизни? Причин несколько и первая из них — непонимание разницы между добром и злом, невежество. Первая она потому, что способность сделать моральный выбор, которая отличает человека от остальных обитателей животного мира, начинается с умения видеть зло. Почему это так?

Понимание мира состоит из двух слагаемых, понимание примитивной материи сводится к пониманию причин, понимание сложной — к пониманию целей. Понимать примитивную материю может любое высокоразвитое существо — для этого достаточно уметь наблюдать и запоминать. И хотя этот метод не гарантирует 100% истинности, он дает неплохие результаты. Пригрозите битой собаке палкой и вы увидите — она прекрасно знает, что будет дальше. Однако для понимания целей, а именно к этой категории относится добро и зло, собственного мнения недостаточно. Тут мало видеть и помнить — необходимо общаться и обмениваться идеями. Причем знание о самом этом факте не является тайной — ибо разум возможен лишь в обществе, способность мыслить начинается с языка, со способности общаться. Соответственно, если мыслящее существо отказывается от договора — это не потому что у него не хватает мозгов для понимания его необходимости.

А в чем тогда причина? В умственной лени, в нежелании думать. Такие могут понимать зло, когда оно касается их лично, но чем дальше, тем менее оно понятно. Тогда они полагаются на чужое мнение, нуждаются в стороннем руководстве. Они способны только следовать за кем-то, подражать. Это делает их легкой добычей более хитрых, кто эксплуатирует их лишая самого необходимого. И оказавшись в тяжелых условиях, глупцам уже некогда задумываться, даже если б они захотели. Они попадают в замкнутый круг, из которого нет выхода.

Придумать правильную цель трудно, но еще труднее — достичь ее. Куда легче сдаться, перестать сопротивляться, бороться с судьбой, с несправедливым обществом. Добро требует постоянных усилий воли, зло же происходит само собой, для него достаточно вообще ничего не делать. Отсюда вытекает вторая причина — человек понимает что такое добро, он хотел бы быть хорошим, но не может, у него не хватает сил, он не свободен в своих действиях. Например, он может оказаться рабом желаний, пристрастия к удовольствиям, к насилию, наркотикам. Или жертвой обстоятельств, влияния других людей. Скажем, человек может справиться со страхом наказания, но не может с жадностью — тогда он становится преступником. А если может с жадностью, но не может со страхом — будет слугой более сильных. Он также может оказаться рабом своей лени, и тогда он предпочтет содержание полезному труду. Но если содержать его некому, ему остается насилие, обман или попрошайничество. Часто ленивые люди выбирают близкие, легкие цели, которые ограничиваются их непосредственными нуждами, и которые, разумеется, имеют мало общего с общим благом.

Однако, в какой момент мы можем сказать, что уже свободны? Где провести границу? Возможно, человек обманывает себя, говоря что у него нет выхода просто потому что не хочет напрягаться, рисковать, принимать на себя ответственность. Я думаю — так обычно и есть, поскольку большинство населения живет в неплохих бытовых условиях и обладает достаточной свободой выбора, не требующего чрезмерного мужества. Такие «расслабленные» отгоняют от себя трудные мысли, дабы не признаваться в своем малодушии, они уклоняются от морального выбора, они стали рабами добровольно, у них просто нет достаточного желания что-либо менять.

Если глупцы обманываются искренне, слабым хочется обманывать себя. Поэтому они охотно воспринимают идеологические и религиозные установки, массовую пропаганду, стереотипы и образцы поведения. Они не могут управлять собой — не в обыденном узком смысле, а в сущностном, в нравственном. Они легко поддаются социальной дрессировке, насилию или угрозам, а потому являются послушным орудием зла. Им трудно иметь даже собственное мнение.

Если же субьект достаточно самостоятелен, он может выбрать зло осознанно. Так мы подходим к третьей причине — он может, но не хочет бороться, он творит зло, потому что не желает творить добро. Почему? Он смотрит вокруг и понимает, что вокруг враги, что все преследуют свои интересы — а почему он должен как дурак заботиться об общем благе? Он просто не видит смысла. И тогда смысл находится в насилии, в борьбе за свои интересы, за интересы своей группы. Такие считают, что сильный всегда прав, что все построено на насилии, что мораль — для глупых, правила — для слабых, а побеждают те, кто идет до конца. Для них есть только одна мораль — выживания сильнейшего.

Этот вид морального уродства можно обьяснить преобладанием чистой рациональности. Такие все отлично знают, им это много раз обьясняли. Они вообще могут быть очень умны. Но такую простую вещь они не понимают, ибо сам по себе рассудок, интеллект, еще не гарантирует моральности. Необходима целенаправленная, творческая работа разума. На примере развитых животных видно, что интеллектуальные способности лишь содействуют умножению зла. Чем умнее хищник, тем большее удовольствие он получает убивая жертву. Волки резвясь режут все стадо, а скажем, у ворон с умом не появилось никакой способности сопереживать — зато появилась способность выклевывать печень у жаб! Можно с уверенностью сказать, что если бы у хищников было еще больше ума, они получали бы истинное удовольствие от мучений своих жертв — в точности как получают дикари.

Характерно, что эта материалистическая психология подпитывается ни чем иным, как наукой. Наука пытается дать всему рациональное обоснование, но кроме детерминизма в основание положить нечего. Соответственно, мораль наука обьясняет взаимной выгодой, некими эволюционно возникшими нормами совместного проживания, и тем — возможно неосознанно, как ни странно это звучит в приложении к ученым! — морально оправдывает зло.

Рациональные злодеи, «злодеи-материалисты», склонны обманывать, манипулировать другими — глупыми и слабыми. Их цели, однако, практичны. Они хотят успеха, власти, денег и т.п., а потому ими также легко управлять — если пообещать или дать им это.

Если же гомо-сапиенс склонен к размышлению и достаточно умен, чтобы понимать абсурдность рациональных оснований добра, он придумывает себе оправдание и начинает творить зло под видом добра. Это — самая отвратительная причина зла. Почему? Моральное оправдание выдает индульгенцию на любые злодейства. Во имя добра можно творить все что угодно, выше добра нет ничего. «Злодеи-идеалисты» придумывают идеи для остальных — сочиняют идеологии, религии и иные теории, призывающие к насилию или покорности, меняющие местами добро и зло. Они философствуют, пребывая на содержании у власть имущих, просвещают молодых, направляют их энергию, они помогают строить и укреплять злое общество социальных животных. В качестве примера можно привести коммунистов. Мало кто мог так красиво расписывать свою высокую моральную позицию, свое обостренное чувство справедливости и горячее желание светлого будущего. Обещая прыжок в «царство свободы», они сумели морально отбросить массы в каменный век, сотворить столько зла, сколько до них не удавалось никому.

Но может, они ошибаются? Может, человек честно выбирает свободу, но понимает ее субьективно, он не понимает, что свобода требует договора, что ее нельзя присвоить, что она одна на всех? На самом деле он презирает других, не хочет унизиться до них — ведь он умен, его вполне устраивает та субьективная точка зрения, которую он выбрал и активно преследует. Поэтому по сути, отделить «идеалистов» от рассмотренных выше видов гомо-сапиенса не так легко. Ведь откуда берется их ложное общее благо? Из того же детерминизма, ему просто неоткуда больше взяться. Любой, кто не хочет слушать других, не хочет учиться новому, не интересуется этикой — кем бы он ни воображал себя — это злодей, поскольку все его идеи проистекают либо из его природы, либо навязаны ему извне. Он может честно обманываться или честно обманывать себя, но в любом случае он скрывает за абстрактными моральными ценностями корыстный, хоть не обязательно материальный интерес, который определяется его «социальным бытием». Им движет жажда славы или власти, чувство превосходства или зависти, обида или месть, но все это кажется ему в высшей степени правильно и справедливо.

Данный вид гомо-сапиенса не просто не знает что такое добро — он не хочет этого знать. Однако мы видели, что и остальные разновидности моральных уродов — те, кто не знает, не может или не хочет — в сущности тоже не хотят знать. И это логично, ведь отказ от договора есть отказ от истины. Но откуда берется это нехотенье, это отсутствие доброй воли? Единственная возможная причина — неполноценность разума. Индивидуальная воля — следствие коллективного разума. Общество предоставляет каждому возможности свободного выбора, ожидая взамен вклада в общее благо — в новые возможности для всех. Если субьект отказывается от общего блага, он не обладает достаточным разумом, чтобы проявить волю к пониманию этого. Одновременно, он обладает достаточным разумом, чтобы проявить волю к отказу. Но отказываясь приносить пользу, ставить перед собой достойную цель, субьект становится агентом, пособником детерминизма, превращает обьективное зло в актуальное, конкретное и безусловное. За что он, в отличие от неразумных животных, несет полную ответственность.

До встречи.

 

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s