31 Личность и стадо

Здравствуйте. При всем многоцветии гомо-сапиенсов, среди них трудно найти способного быть заведомым негодяем, негодяем для всех, включая близких. Последнему негодяю необходим кто-то, кто его оправдает, для кого он будет хорошим. Подобное сведение добра к чьему-то мнению — характерный признак примитивной, дефективной моральной интуиции. В то время как полноценный разум интуитивно ощущает тождественность добра, свободы и общего блага, дефективный обладает лишь зачатками морали. В свою очередь неполноценный разум порождает неполноценную волю. Она хаотична, ненаправленна, недостаточно сильна для постановки и достижения свободной цели. Она и проявляется соответственно — спорадически, внося лишь случайное разнообразие в детерминированное поведение субьекта.

Вместе подобные субьекты напоминают стадо. Почему? Все животные похожи друг на друга, детерминизм — это повторение. Часто стадность понимают упрощенно — как скопище людей, толпу. Или как массовые беспорядки, панику. Или как моду, подражание. Но в любом случае как противоположность индивидуализму. Однако перечисленное — лишь проявления стадности. Самое опасное стадо состоит из тех, кто его не осознает. Индивидуализм не мешает стадности, напротив. Индивид, не желающий «быть как все», но при этом заботящийся только о своем благополучии — это и есть типичная стадная особь. Такой получает образование, выбирает профессию или бизнес, идет неким «своим» путем. Ему кажется, что он особенный, ведь он читает книги, смотрит новости, думает. Но все его мысли — на 90% такие же как у всех, его вкусы и потребности сформированы извне, его жизненный путь — стандартный. Он встроен в систему, он забирается по ее ступенькам так же как забирались до него и будут после него. Его поведение детерминировано и неважно чем — любое несвободное существо копирует миллионы других.

Вы спросите — но откуда система? Разве стадо гомо-сапиенсов, несмотря на хаос воль, организовано? Разве субьекты преследующие эгоистичные интересы не порождают анархии? Нет. Поскольку силы их неравны, сильные берут верх и образуется иерархия, благодаря которой верхние организуют, управляют и эксплуатируют нижних. Причем эта закономерность характерна не только для общества. В природе точно так же хаос под действием сил обязательно сменяется динамическим порядком, пусть даже он выглядит иначе, чем мы привыкли представлять себе порядок.

Иерархия окончательно подавляет слабый разум — он начинает воспринимать мир только через ее призму. Убедительно для него становится лишь то, что говорят другие, особенно власть имущие, авторитеты — ведь они сумели оказаться наверху. Так иерархия дрессирует — субьект приучается подражать успешным, подчиняться системе.

Можно сказать, что стадо — это естественный способ, закон существования. Отсюда понятно, что гомо-сапиенсу свойственно не быть, а существовать — как существовуют вещи или животные — бессмысленно, независимо от его воли. Но что тогда значит «быть»? Если существовать значит повторять — и других, и себя — то быть значит приобрести неповторимость, стать уникальной, свободной личностью. Только разум и воля позволяют разорвать мертвую петлю повторения одного и того же изо дня в день, от особи к особи, от поколения к поколению. Разум всегда в поиске новых идей, в поиске истины и смысла. Они дают ему собственную, независимую точку зрения — и право называться разумом.

Воспитание самостоятельности, независимости суждений — самая важная и самая трудная задача, стоящая перед человеком. Освоение этики — первый шаг на этом пути. Почему именно этики? Во-1-х, этика направляет, помогает осознать эту задачу. Во-2-х, этика ставит именно те вопросы, с которых начинается собственно мышление, разум. Этика — не наука, ее не надо «учить», ее надо обдумывать, примерять на себя. Это не готовые решения, это главные вопросы бытия. В-3-х, правильное мышление всегда этически окрашено, нравственно. Добро и зло лежат до познания, без опоры на этику нельзя понять мир, оценить придуманное, созданное собой и другими. В-4-х, познавая, человек творит самого себя, меняет свои принципы, свое поведение и отношение, ведь новое знание всегда несет ответственность, в том числе ответственность перед собой. Оно вызывает необходимость измениться, стать лучше, а это невозможно без этики, без верного понимания добра и зла.

Ну и без наших бесед, ведь мы только и делаем, что ищем смысл! Возможно, эти беседы кажутся вам запутанными, скучными. Однако и в этом есть смысл! 🙂 Самостоятельность не получится без преодоления умственной лени. Лень — очень грозный противник, она оказывается даже сильнее страха. Многие люди готовы рисковать жизнью, идти в бой, на смерть, но как только дело касается самостоятельного решения — они пасуют. Им нужен руководитель, начальник, командир.

Воспитанию самостоятельности способствует вера в себя, привычка придумывать собственные, пусть даже поначалу неправильные ответы. И еще привычка регулярно записывать свои мысли, например в дневник. Анализируя свое поведение, подвергая себя моральной оценке, человек оттачивает нравственную интуицию, приобретает моральный опыт позволяющий ему лучше понимать окружающих. Нельзя научиться этому только читая книги или смотря кино, необходима конкретная нравственная работа над собой. Некоторые люди гордятся тем, что много читают. Есть эрудиты, знающие умопомрачительное количество фактов, но неспособные применить это богатство в жизни. Так получается, когда чтение не сопровождается размышлением, когда оно превращается в средство досуга. Еще больше людей принимают за культуру ее внешнюю оболочку — искусство, причем в самом примитивном, развлекательном изводе, игнорируют ее моральное ядро. Им не нравится серьезная литература и кино. Они их напрягают, мешают радоваться жизни, заставляют нервничать и переживать.

Свободный человек несет ответственность за свое мнение, а поэтому он постоянно учится, старается понять точку зрения других, улучшить вкус. Он знает свои недостатки и пробелы в знаниях. Стадо же самодовольно. Оно получает свое мнение через дрессировку — образование, СМИ — и принимает его за окончательную истину. И чем более образовано стадо, чем больше оно получило дипломов, тем сильнее у него уверенность в своей правоте — а потому и в праве учить других, непохожих, тех, кого оно не понимает и чей творческий вклад оно не в состоянии оценить. В стадном обществе у талантливых людей мало шансов на успех. Независимость, необходимая творческому человеку, ограничивает успех узким кругом близких людей. Широкого успеха можно добиться лишь встроившись в систему, изменив своему таланту, переступив через свое «я».

Соответственно, стадные авторитеты, как и авторитетные социальные структуры, лишь управляют стадом, они служат системе, они стали авторитетами потому что так было надо, а не потому что они действительно заслужили. Самостоятельность требует критично относиться к системе, не доверять авторитетам. Почитание кого бы то ни было — великих, знаменитостей, экспертов, иностранцев, но особенно руководителей — признак тяжелого морального недуга. Люди, занимающие ответственные посты, несут ответственность не перед начальством, а прежде всего перед подчиненными. И эта ответственность во многом выражается в желании угодить подчиненным, удовлетворить их требования. Но угодить всем невозможно! А потому начальник всегда неправ, это и сущностная черта его должности, и нормальная реакция на него подчиненных. Если люди постоянно одобряют деятельность начальства — дело скоре всего в отсутствии у них достоинства. Это холуи. А если не одобряют, но молчат — трусы. Подобное отношение развращает, приводит к тому, что управление трансформируется во власть, в насилие — ибо насилие возможно только тогда, когда его позволяют. Сказанное не означает, что надо игнорировать чужой опыт и знания. Ценить их необходимо, но лишь самостоятельно убедившись в их наличии и ценности!

Социальная дрессировка обязательно включает моральные образцы, потому что иногда люди, не умея самостоятельно выбрать себе цель, но желая стать лучше, следуют примерам. Они проживают свою персональную жизнь, имея перед глазами конкретный идеал человека. Например, христиане понимают правильность как «следование» Христу. Другие предпочитают киногероев. Следование образцу, особенно если он хороший, лучше чем ничего, но надо помнить, что жизнь никогда не повторяется, каждое время требует своих героев. Нельзя стать лучше просто подражая — хотя бы потому, что без своего мнения не получится выяснить, а достоин ли герой подражания?

Обыватель, вечно повторяющий то, чему его обучили, не несет свободы в мир — и стало быть творит зло уже самим фактом своего существования. Даже если он сопротивляется манипуляции, он творит, если так можно выразиться, насилие инерции. Он не способен участвовать в договоре, потому что он не видит нового, он его не понимает, а значит его мнение работает против свободы. Стадный человек не может быть моральным.

Тут можно усмотреть противоречие — почему, если людей воспитать, научить вести себя культурно, заставить вызубрить правила, почему эти люди не будут моральны? Потому что договор — дело индивидуальное. В этике нельзя полагаться на других, ответственность, как и выбор, всегда личная. Для участия в договоре мало уметь следовать нормам, надо уметь их улучшать, придумывать новое, как минимум — оценивать его. Без этой способности сам договор теряет смысл — ибо о чем тогда договариваться? И ключ к ней — умение самостоятельно придумывать пути улучшения мира, искать собственную полезность, а не тупо следовать заведенным правилам. Выработка норм и последующее следование им — проявление автономии разума. Норма — план будущего, и его наступление зависит только от воли человека, оно не имеет никаких естественных причин для появления. Те, кто следуют нормам потому что так велено, выгодно или следуют другие — выхолащивают смысл нормы, они повинуются детерминизму, они повторяют старое, а не создают новое.

Это хорошо видно в случаях, когда человеку «разрешено» не следовать нормам. Если кто-то другой, например командир или руководитель, принимает на себя ответственность, многие готовы бездумно чинить зло, убивать и мучить. То же самое, когда других людей пропаганда превращает во врагов — многие тут же согласны их убивать. Но самое показательное, когда зло одобряется окружающими — только единицы способны противостоять стаду и твердо опереться на собственное понимание добра и зла.

Поэтому самостоятельность требует и умения сопротивляться информационному давлению, и особенно давлению коллектива. Обычно мы постоянно общаемся с одним и тем же кругом людей, усваиваем общие привычки, ценности, стараемся не конфликтовать, не идти против. Самостоятельность несет печать одиночества. Способны ли вы возразить друзьям, отстаивая то, что считаете правильным? Способны ли обьяснить, доказать свою точку зрения? Способны ли остаться одни когда друзья отвернутся? Самостоятельность — это и умение говорить «нет». У нормальных людей принято делать личные жертвы — такова мораль личных отношений. Люди дорожат отношениями, однако иногда жертвы становятся неоправданными, потому что некоторые научаются пользоваться этим к своей выгоде. В таких ситуациях человек, уступая просьбам и незаметному давлению, начинает постепенно приносить в жертву самого себя — ради хороших отношений, ради друзей, ради людей. Подчинение переходит в зависимость, почти такую же как и другие зависимости от которых трудно избавиться.

Исключительно важна также самостоятельность материальная, финансовая. Один из методов контроля нижестоящих, подчинения их системе — лишение экономической независимости. Для этого не только сокращаются возможности доходов, но и увеличиваются необходимости трат, навязываются потребности, раздаются подачки. Поэтому часто материальная кабала — следствие психологической. Независимость требует умения управлять собой, ограничивать свои аппетиты и запросы. Конечно, если насилие велико, если нет возможности заработать на самое необходимое, независимость может потребовать слишком много сил. Однако гораздо чаще люди сами лезут в кабалу, имея все возможности жить скромнее и свободнее. Причем чем больше у них есть, тем больше им хочется, тем сильнее они готовы пресмыкаться. Залезая в долги, делая карьеру, забираясь вверх по социальной лестнице, люди становятся все более зависимы и все менее свободны.

Как видите, самостоятельность требует многого, она требует идти и против стада, и против собственной стадной природы. Это трудно — но такова цена свободы.

До встречи.

 

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s