34 Этика и личное счастье

Здравствуйте. Обрести счастье в борьбе удел немногих, да и само слово «борьба», согласитесь, отпугивает 🙂 В нем как бы концентрируется все, что в этике неприятно — тяжесть долга, проблемы выбора, напряжение сил… Вот почему хочется лишний раз спросить себя — а так ли этика необходима? Так ли обязательна? Обьективность этики имеет основание в свойствах мироздания. Но как же насчет нашего выбора? Если за эволюцией стоит направляющая рука, не оказываемся мы лишь безвольными слугами этой мохнатой руки? Обьективность придает этике истинность и одновременно перечеркивает нашу свободу. Однако, каков выбор? Без такого основания дело обстоит еще хуже. Этика не может быть субьективной — тогда это просто чье-то личное мнение. Потеряв опору люди обречены вечно путаться, не умея отличить добро от зла, правду от лжи, а истину от заблуждения.

Вопрос об основаниях морали — поистине главный вопрос бытия. Об этом говорит вся история моральных идей. Софисты Древней Греции полагали что у каждого своя мораль, каждый может выбирать те нравственные нормы которые ему нравятся. С софистами спорил Сократ, утверждая существование абсолютной моральной ценности. За софистами потянулись скептики, циники, эвдемонисты, утилитаристы, макиавеллисты. Лагерь противников обьективности, а по сути морали, и ныне не оскудел. В него входят плюралисты, прагматисты, нигилисты, экзистенционалисты, ницшеисты, постмодернисты, а также «мульти-культисты», для которых всякая культура одинаково ценна. Им обычно противостоят приверженцы собственной правды, утверждающие что абсолютное добро существует, и только они, вместе с их моральной доктриной, являются его носителями. Сюда можно отнести не только верующих, но и сторонников различных учений — либералов, демократов, коммунистов, гуманистов, эгалитаристов. К ним примыкают идейные консерваторы, патриоты и националисты, для которых родина, нация или этническая группа — в виде земли, обычаев или генов — высшая ценность в этом мире. Нельзя не упомянуть позитивистов (в купе с материалистами, атеистами и агностиками), которые безотчетно верят науке, и чья вера в итоге сводится к натурализму, бихевиоризму, эмотивизму, эволюционизму или иному виду детерминизма превращающего человека в рациональное животное.

Глядя на это многообразие возникает мысль, что обладание моральной истиной оказывается очень удобным для того, чтобы фактически уничтожать ее, осознанно или нет творя зло во имя собственных интересов. Но может именно собственный интерес, собственное счастье — будь это деньги, удовольствия, успех, власть, дети или спасение души — и есть единственная по настоящему универсальная моральная ценность? На основе «собственного интереса» существует материальный мир, любая сущность прежде всего озабочена собственным существованием!

Однако как личный интерес может общей точкой отсчета? А без нее невозможны договор, мир и справедливость. Стало быть, среди множества личных благ должно быть по крайней мере одно общее для всех, не существующее для каждого по отдельности. Уже отсюда видно, что это «общее для всех» может быть только свободой, никакие другие варианты попросту невозможны. Только свобода позволяет каждому иметь личные мнения, интересы, цели, и при этом соединить всех в общество, где эти мнения, интересы и цели можно высказывать, отстаивать и достигать. Говоря иначе, у каждого есть свой личный интерес, который не стыдно назвать высоко этичным и честно отстаивать перед другими — «интерес» к свободе.

Вы скажете — пусть так. Но неужели интерес к свободе может быть сильнее интереса к личному счастью? Как может обьективность свободы перевесить субьективное счастье? Если судить по нашей истории — с трудом, почти никак. И здесь начинается роль этики. Этика придает свободе надлежащий вес. Причем сама этика — тоже результат свободы, это свобода ускоряет наше движение.

Мы начали наши беседы с вопроса «Зачем нужна мораль?». Ответ был — чтобы каждый стал лучше, чтобы стало лучше всем нам. Возможно, он тогда звучал не слишком убедительно. Между тем, смысл морального «учения» — так обьяснить, преподнести человеку добро, чтобы он понял и принял его. Увы, природа тоже учит человека и, что там говорить, гораздо убедительнее. Эгоистичное, животное счастье настолько понятно, что вообще не нуждается в обосновании. Почему же человек будет следовать этике? Откуда у меня эта надежда?

От разума, который ставит человека над природой. Этика учит тому, чего нет в природе. Она указывает путь к лучшему, к идеалу и совершенству. Зачем разуму идеал? Затем, что он хочет изменить мир, в этом его сущность, его смысл. Однако разум не может просто принять за этику любые обещания светлого пути. Он хочет обоснования, правильности, он должен поверить в этику. Но что удивительно, за 26 веков своей истории этика так и не смогла решить главный вопрос — а куда она, собственно, зовет, что такое абсолютное добро и даже существует ли оно. Более того, «профессиональная» этика и поныне не может убедительно продемонстрировать собственную необходимость, ограничиваясь рассуждениями обо всем хорошем, в том числе о толерантности к религиям, идеологиям и даже архаичным культурам, чем по сути признается в собственной пустоте, в неспособности направить человека.

В принципе, это не удивительно. Само желание направить человека, обьяснить ему его долг есть не что иное как лишение его выбора — этика парадоксальна в самой своей основе! Как впрочем и сам разум, который жаждет свободного и одновременно правильного выбора. И тем не менее, обосновывать надо. Как же этика может обосновать себя? Что конкретно она может дать для личного счастья? Ведь идеал, совершенство, абсолютное добро, очевидно, недостижимы?

По идее, этика, в отличие от религий или идеологий, не должна запугивать или обманывать, она должна разьяснять, опираться на правдоподобие, на логику и здравый смысл, использовать знания, добытые наукой и искусством. Первые ее попытки были наивны — античная философия просто отождествляла мораль и счастье, обещая последнее в виде награды за правильное поведение. Неясно было только, какое правильно — гедонизм с обилием удовольствий или стоицизм с отказом от оных. Постепенно пришло понимание, что счастье несовместимо с моралью, ибо опыт показывает, что быстрее и лучше животное счастье достигается отказом от морали. На какое-то время победила религия — люди стали запугивать друг друга. С победой рационального знания, верх взял другой подход — если мораль как следует описать, обьяснить ее связь с природой, ее внутреннюю логику, она сама обоснуется. То есть, скажем, если доказать, что этика полезна для общества, что она, например, вытекает из эволюции, люди захотят стать моральными и наступит счастье.

Как ни странно, этот подход популярен и сейчас. Разумеется, нельзя путать обоснование этики и ее «научное» описание. В этом необычность, особенность этики. Как мы говорили, ее описание неотделимо от нормативности — этическая «теория» влечет прямые практические выводы. А тогда получается, что если этика не тронула человека, не изменила его поведения — она неправильна, как бы логична и доказательна она ни была. Логика бессильна против свободы. Потому-то «научно» описанный источник морали — будь то Высший Закон, природа, эволюция, общественный договор или прагматическая польза — еще не повод считать мораль обоснованной. После всех описаний и обьяснений человек вправе спросить — а зачем мне следовать этой вашей морали? Обосновать мораль значит показать, что мораль нужна лично ему, что без нее нельзя. Иначе говоря, не только постулаты морали должны быть правдоподобны, а выводы логически безупречны, но и их предьявление — эмоционально безотказным и психологически неотразимым.

Именно это я пытался сделать по мере сил, пусть и не слишком удачно 🙂 В свое оправдания замечу, что все это вряд ли под силу одному человеку. Я честно старался обьяснить как стремление к свободе побеждает детерминизм, делает общество лучше, а жизнь счастливее. Надеюсь, это было вполне логично, хоть и немного парадоксально. Но даже для собственной парадоксальность у обьективной этики есть правдоподобное обьяснение. Как и любое фундаментальное знание, этика опирается на постулаты, которые невозможно строго обосновать. Первичность свободы и всеобщее моральное равенство свободных людей, на мой взгляд, самоочевидны. Принятие этих постулатов служит вполне обьективным критерием разумного человека. Поэтому я и не тратил много времени на убеждение. Свободные люди сами воспринимают новые идеи, их не надо убеждать, а убеждать тех, кому свобода чужда, бессмысленно. Что касается эмоциональности и психологичности — я не писатель, однако разве нравственное чувство не подсказывает вам, что свобода — это возвышенно, это действительно правильный идеал?

В этой правильности заключается сила обьективной этики. Этика не может приказывать, она может обращаться к моральной интуиции человека, опираться на притягательность добра и отвратительность зла. Она может вдохновлять, делать идеалы привлекательными. А еще этика может стыдить. Что такое стыд? Неприятие сущего. Согласитесь, стыдно быть животным, даже если животные — все вокруг. Выразительно описывая сущее, взывая к совести, разьясняя что есть зло и что есть добро, этика подсказывает должное, пробуждает моральные чувства, мотивирует. Да, логика универсальна и обьективна, а чувства непостоянны и субьективны, но иного выхода нет. Чувство свободы нельзя игнорировать, именно оно в конечном итоге решает — принять моральные доводы или отвергнуть. (И, кстати, заметьте — принимаете вы обьективную этику или еще сомневаетесь, на самом деле не суть важно. Уже самим фактом своего существования этика вовлекает нас в договор, реализует сама себя. Ведь как легко догадаться, обсуждая, одобряя или критикуя этические идеи, мы ищем консенсус. Как и свобода, этика руководит нами не спрашивая нашего желания!)

И точно так же люди будут обосновывать идеи всегда, поскольку таков единственный правильный способ обоснования. Он имеет мало общего с рациональными построениями, призванными доказать, что долг необходим потому что так положено природой, что он вытекает из реальности, что он полезен обществу.  Рациональность тут бессильна, ибо свободная цель человека выше, важнее его самого — рационально обосновать такую цель нельзя. Но как же эта цель связана с личным счастьем? Оно — результат, итог. Парадокс счастья в том, что если целенаправленно стремиться к нему, т.е. мыслить его как личное благо, оно ускользает. Выражаясь кратко — нельзя быть моральным для того, чтобы быть счастливым, но нельзя стать счастливым, если не быть моральным. Парадокс конечно обьясняется тем, что свобода достигается только сообща. Стремление к свободе, выраженное в творчестве, в сотрудничестве, в преобразовании мира — это эмоциональный мотив морали, отличный от рационального интереса.

Однако возможно и другое — животное, эгоистичное «счастье», возможно за счет других. Один побеждает, остальные проигрывают, один счастлив, остальные — как получится. Такая победа всегда временна, поражение — суд истории, позор и насмешки — придет, пусть после смерти. Договор все равно логичнее с точки зрения счастья, надо только суметь справиться с парадоксом. И разум справляется — он осознает конечность бренного существования и преодолевает его в идеале и совершенстве. Он жаждет красоты.

Да, этика не чужда и прекрасного. Вы ведь наверное заметили мои художественные старания? Шучу. Истинное счастье красиво. Почему? Потому что красива свобода. Счастье без свободы невозможно, а быть моральным — единственный способ быть свободным. Без свободы остается только прозябать, быть игрушкой слепых и жестоких сил. Свобода — это расцвет личности, реализация творческого потенциала, признание и благодарность общества.

А творчество — та искомая с античных времен добродетель, следование которой делает человека счастливым, и которая, весьма вероятно, сделала счастливыми незаметно для них самих первых философов. Творчество движет мир к идеалу, ибо идеал обязательно должен воплощаться в реальность, иначе зачем он нужен? В этом воплощении, в достижении идеала, в совершенствовании мира и заключается истинное счастье — счастье, сводящее воедино общее и личное благо. Оно красиво и возвышенно. А иное разве стоит усилий?

До встречи.

 

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s